Александр Володарский: Я не ставлю целью продавать то, что я пишу. Я пишу для того, чтоб мне было интересно

В гостях у Натальи Влащенко в программе "Люди. Hard Talk" был известный писатель-юморист Александр Володарский.

 

 

 

Известный писатель-юморист, драматург и сценарист. Автор большого количества миниатюр в исполнении Клары Новиковой, Владимира Винокура, Геннадия Хазанова, Ефима Шифрина и Евгения Петросяна.

Был автором цирковых реприз Юрия Куклачева. В 90-х работал замредактора первой в Украине юмористической газеты "Блин". 17 лет был редактором отдела юмора в газете "Киевские ведомости".

Автор пьес, книг и сценариев для украинских телевизионных программ и мультфильмов  Александр Володарский.

Влащенко: Сегодня я развею у вас миф о том, что писатели-сатирики это самые веселые люди на свете. На самом деле это неправда. Сегодня у нас в гостях очень остроумный человек, писатель-сатирик Александр Володарский.
Здравствуйте, Александр. Когда я готовилась к интервью, решила погуглить вас. И когда кликнула на ваше имя и фамилию, выпал какой-то молодой активист из Луганска. Вас это не обижает?

Володарский: Это целая история с этим активистом. Какое-то время на клик "Александр Володарский" выпадал чаще всего я. А потом, когда создали комиссию по морали, этот человек решил как-то протестовать. Он взял девушку, и они имитировали половой акт возле нашей Верховной Рады.  

Влащенко: Но вы же не догадались это сделать? Володарский: Были люди, которые догадались, что я это мог сделать. С одной стороны, это было даже приятно. Звонки последовали, и я все это очень долго опровергал. Но потом плюнул. И теперь я появляюсь в Гугле где-то на 4-ой странице.

Влащенко: Для человека вашей профессии очень важна форма в виде кино, радио, эстрады. А ничего этого у нас практически нет. Кроме телевидения. Чем занимаетесь? Для кого пишите?

Володарский: Действительно, очень долгое время я занимался тем, что писал для артистов эстрады. И, пользуясь тем, что я жил в Киеве, а все артисты, звезды жили в Москве, то у меня очень легко получалось сохранять со всеми прекрасные отношения, не входить ни в какие группировки, тусовки.

И мои произведения читали все. С какого-то времени я понял, что мы должны идти как-то параллельными курсами, потому что-то, что происходит сегодня на эстраде ("Аншлаги" и все прочее), при всем моем нежном отношении к Винокуру, к Новиковой и прочим, я просто уже не могу это слушать. Поэтому я нашел себе другую нишу. Есть такая замечательная нишка, которая называется "сериалы". Я – мастер сериалов. Люди смотрят сериалы, а кто их делает, они не знают. Я один из тех, кто клепает эти сериалы. Причем я мастер широкого профиля.

Влащенко: А для кого вы клепаете?

Володарский: Кто закажет, для того и клепаю. В каком жанре закажут, в таком жанре и клепаю. Могу детектив, могу ситком. Я все могу. Наступил такой момент, когда я все могу. А кроме этого, я еще пишу чего-то такое, для души.  

Влащенко: Для кого вы сейчас пишете? Для Москвы?

Володарский: Ну почему? До последнего времени я писал в Украине. И сейчас, я знаю, пишутся сериалы. Не знаю насчет того, что снимаются, но я знаю, что для ТРК "Украина" активно пишутся сериалы. Но это, скорее, мелодрамы. Сейчас – да, есть одна телекомпания в Москве. Я с ней уже давно сотрудничаю. Это какие-то мистические детективы. Они, кстати, одновременно делают сериалы для Москвы и для русскоязычного телевидения Израиля. Скажу вам честно, я настолько люблю писать диалоги, что в какой-то степени…  Я, конечно, люблю писать комедии больше всего. Или трагикомедию. Это еще интересней, но могу писать все что угодно. Даже если это "мыло", там действуют живые люди. И как только я дохожу до диалогов, я себе их представляю, и этот процесс. И я это люблю.

Влащенко: А для каких известных сериалов вы писали диалоги? Чем вы гордитесь? Володарский: Я не горжусь сериалами. Я ничем не горжусь. Как можно гордиться своей работой? Работу нужно делать.  Мне кажется, что все, что имеет успех, является амбицией для гордости.  

Володарский: Корпоративы – это отдельная песня.

Влащенко: Как это?

Володарский: Довольно долго они действительно кормили меня, но я писал не сценарии корпоративов. Совершенно случайно, когда я еще этим не занимался, один человек, не бедный, попросил меня помочь ему сделать для него юбилей, и мы с моим соавтором Яном Таксюром придумали сделать ему такой "капустный" фильм. И вот я "набил" руку. Кому я только не делал фильмы! На юбилеи, на свадьбы. Знаете, это хорошее дело. Люди потом поблагодарят. Им нравится. Это фильмы, где используются кадры из известных фильмов, а потом актер или актеры это переозвучивают. А я пишу эти тексты для "озвучки". Получается довольно лихо и смешно. Кому я их только не делал! Я вам открою тайну: скажем, на день рождения Юрию Луценко, сестре Коломойского, Боголюбову, то есть "неслабым" людям.

Влащенко: А непосредственно с этими людьми вы общаетесь?

Володарский: Я общаюсь непосредственно только с заказчиком, который может мне дать информацию и рассказать. Не с Коломойским, конечно. Это был там, скажем, муж этой сестры или родственницы. Я интервьюирую этого человека, каким-то своим образом собираю информацию, а потом как-то смешно ее перекладываю. Это тоже довольно забавная работа.

Влащенко: А это хорошие заработки? Они щедры в расчетах, как правило?

Володарский: Я думаю, что это нормальный заработок. По-моему, нормально заработать писательским трудом невозможно. Ведь я уже упомянул, что у меня нет автомобиля. Меня жена за это упрекает. Теперь уже это поздно. Теперь у меня этого уже не будет. Это ясно. Но заработок это хороший. Меня вполне устраивает. К сожалению, я уже столько сделал, что олигархи "заканчиваются". Понимаете, талант есть, а олигархи заканчиваются. Поэтому сейчас заказов все меньше и меньше. Не только из-за ситуации, а потому что я много сделал.

Влащенко: А для кого еще вы делали, кроме Луценко и Коломойского?

Володарский: Я думаю, что Ахметов и Фирташ могут заказать себе полнометражный фильм. Зачем им моя десятиминутка?

Влащенко: Вы у себя в фейсбуке написали о вновь вышедшей третьей вашей книге, которая называется "ЖЗЛ". Расскажите.

Володарский: Вот за это уже действительно не стыдно, потому что… Вот Светлов говорил, что когда они переводили каких-то поэтов (то ли узбекских, то ли таджикских), и ему долго не платили гонорар, он позвонил в издательство, и сказал: "Если вы мне не заплатите, то я переведу их обратно". Есть работа для души, а есть работа для работы. Для того чтобы заработать деньги и кормить семью, это вполне нормальная работа. А вот для души я пишу рассказы, пьесы. Много лет я сотрудничаю с одесским журналом "Фонтан" или с нашим журналом "Радуга". Журнал "Фонтан" аккуратно платит гонорар. У меня даже есть рассказ о том, как я получал гонорары с "Фонтана". "Фонтан" присылает гонорары на почту. Когда приходит определенный день, я хожу на почту. Меня там уже знают. В это же время в этом же окошечке пожилые люди получают пенсию. Суммы пенсий 1500-2000 грн. И когда я протягиваю паспорт и мне дают 80 грн или 75 грн, бабушки из очереди очень сочувственно смотрят на меня. Ну я же не буду каждому говорить, что это гонорар. Они же не представляют себе, что такая пенсия может быть в нашей стране. Хотя в нашей стране может быть все что угодно, в т. ч. и такая пенсия. Многие из этих бабушек потом продают возле нашего дома картошечку, яблочки. Жена всегда меня посылает: они меня знают, делают мне скидку. Поэтому я, в принципе, на этом хорошо поднялся. И я очень прошу, чтоб мне не поднимали гонорар. Вот так: 80, до 100 грн. На рассказах-то не заработаешь, на книгах не заработаешь. Но книга буквально на днях вышла. Написал предисловие к этой книге мой хороший друг Виктор Шендерович.

Влащенко: Юмор для бумаги, для эстрады и юмор в жизни это принципиально разные вещи. Городской, региональный и даже сословный юмор – разный. А в чем разница?

Володарский: Безусловно, когда ты пишешь для эстрады, ты предполагаешь какую-то смеховую реакцию. Это не значит, что не может быть какой-то радости для тебя, и что в месте, где совершенно не ожидал смеховой реакции, она может наступить. Это просто отдельная радость. Вообще, на эстраде смешное место называется реприза. В монологах это реприза. И, конечно же, то, что пишешь для эстрады, создается по законам литературы и эстрады. Смех все-таки должен быть, он должен как-то следовать. И, как правило, это монологи. Когда я пишу для бумаги, для книги, то там это рассказы. Но когда я пишу рассказ, меня вполне устроит и улыбка. А актера, выходящего на сцену, улыбка не совсем устраивает. Нужен смех. Поэтому там юмор чуть резче.  

Влащенко: Я заметила, что то, что было безумно смешно со сцены, совершенно… Это как стихи Высоцкого: когда он их поет, это прекрасно, а когда читаешь, видишь все оплошности. Может быть, когда это помножено на энергетику конкретной личности, это очень сильно усиливает. И это нужно учитывать, когда ты пишешь просто литературу. 

Володарский: Мне стало не очень интересно писать для эстрады, потому что мне сейчас интересно, чтоб улыбнулись над фразой, над метафорой, над сравнением.

Влащенко: Грубый юмор, он более маркетинговый.

Володарский: Я не ставлю целью продавать то, что я пишу. Я пишу для того, чтоб мне было интересно. Чтобы мне это было смешно. Как правило, смешно мне, смешно еще какой-то группе из 5-10 человек, мнением которых я действительно очень дорожу. Если говорить о каких-то идеалах, то для меня это Довлатов. Довлатова читают со сцены, но только очень смелые люди. Вы не выйдете в "Аншлаге" с рассказом Довлатова. Хотя раньше выходили с Зощенко, и это было очень смешно. Но я думаю, что это вернется. У меня недавно было два концерта во Львове, и я читал на русском языке свои рассказы, и они вызывали смеховую реакцию, потому что все зависит от публики. В конце концов, даже если это будет не гомерический хохот, меня устроит милая улыбка.

Влащенко: Время же все разрушает. Я недавно пересматривала миниатюры Райкина. Ведь гений же был абсолютно, а все равно скучновато уже. Людям уже непонятно, о чем он говорит. Володарский: Вы, наверно, смотрели миниатюры сатирические. Я себя уже сатириком назвать не могу. Я – юморист. Сатира – это отдельно.
Но время же разрушает.

Володарский: А номер Райкина о воспитании молодежи? Эта же проблема остается. Сатира,  сиюминутная, уходит, а юмор остается.

Влащенко: Есть вещи, которые не стареют. Тот же Довлатов. Володарский: У Довлатова есть "Компромисс", моя любимая вещь. Там очень советские реалии, и людям, которым 17-18, им может быть тоже будет смешно, но они не считают то, что считаю я.

Влащенко: А какие-то национальные особенности есть?

Володарский: Я об этом не думал.

Влащенко: Я, например, когда читаю чешские или польские анекдоты, мне совершенно не смешно. Там какой-то свой тип юмора.

Володарский: Когда-то на эстраде и в юморе работало довольно много людей одной национальности. Горин, Арканов и т. д. Тем не менее, там же тогда работал замечательный писатель Толя Трошкин – с моей точки зрения, сегодня лучший российский юморист, чрезвычайно тонкий. И есть там Виктор Коклюшкин, который послабее, потому что ушел в эстраду, в лобовую, хотя у него есть замечательные рассказы, которые, безусловно, останутся. Поэтому я не очень понимаю насчет национального юмора.  

 Влащенко: А сословный юмор есть? Володарский: Я бы назвал это не сословным, а уровнем аудитории. Вы и в деревне можете встретить человека умного, образованного. И наоборот. Я помню, как мы ходили искали спонсора для своей программы. Вышел человек, который должен был быть спонсором. Это был городской человек. Он вышел, ковыряясь в носу, и лениво все это смотрел. Мы показывали ему программу, которая называлась "Литературная Троещина". Там был фрагмент, где актриса бегала по ул. Ахматовой, Драйзера, Бальзака. Он смотрел, а потом сказал: "Да, Бальзак, сука, знаю". Это было не на деревенской свадьбе, это было в офисе, который поприличнее вашего. Конечно, уровень аудитории где-нибудь в Одессе, Киеве или Москве получше, чем когда я бывал в городе Караганде. 

Влащенко: Почему после "За двумя зайцами" в Украине не снято больше ни одной по-настоящему смешной хорошей комедии?

Володарский: Я не знаю. Сегодня, может, не совсем до смеха. Хотя даже во время ВОВ выпускали смешные комедии. Мне кажется, здесь какой-то комплекс – давайте посерьезней. Даже Карцев и Ильченко ездили свои программы утверждать в Москву, потому что Киев это все им не давал. 

Влащенко: Мне кажется, что мы все очень серьезны. Чиновники, политики, журналисты проникнуты какой-то миссией. Володарский: Несмотря на всю серьезность ситуации, не мешало бы, чтоб наши руководители шутили.

Влащенко: Считается, что это нельзя, что это сразу опустит твой имидж. Все как-то по-звериному серьезны. Может быть, поэтому мы не можем снять хороших комедий?

Володарский: Мне кажется, да.

Влащенко: А что вас по-настоящему рассмешило в последнее время?

Володарский: У меня есть героиня, живой человек, моя родственница. Ее зовут Майя Михайловна. Ей 87 лет. Она в полном уме, и с юмором у нее замечательно, но у нее склероз. Она может не помнить, что я у нее был 5 минут назад и принес ей продукты. Вот я захожу к ней в феврале 2014 года, а она говорит: "А что в мире делается?". Я ей говорю: "Януковича сняли". "Януковича сняли? За что?". Я ей говорю: "Не справился со своими обязанностями".  - "А он ушел на пенсию?". Я говорю: "Он уехал в Москву". - "А, в Москву. Наверно, он там работал, и у него там и пенсия". Такие моменты мне даже в голову не приходили. Или я прихожу, а она смотрит новости в наушниках, чтобы соседей не беспокоить, поворачивается ко мне и говорит: "Саша, я не понимаю, у нас что, с Россией какие-то трения?".  Формулировки "с Россией трения" я еще никогда не слышал. Вот я хочу собрать юмор людей от 80 до 105 лет. Это, мне кажется, потрясающие люди с потрясающим юмором. Одну историю мне подарил Саша Окунь. Его теще исполнилось 100 лет. Она стоит у зеркала и говорит: "Я никогда не видела столетнюю женщину". Надо быть внимательными к старикам, потому что не только дети дают оптимизм, но и старики тоже.

Влащенко: Вы можете задать мне вопрос.

Володарский: Что для вас юмор?

Влащенко: Я очень люблю сложный юмор. Элегантный. Когда не ржешь, а когда ты улыбаешься, и когда тебе потом хочется вспоминать и кому-то рассказать.

Володарский: Значит, моя книга написана для вас.

Влащенко: Спасибо большое. У нас сегодня в гостях был писатель-сатирик Александр Володарский.

Володарский: Писатель-юморист! 
 

Источник: http://112.ua/

nike air max 2019 dress

рубрика: 
рубрика: